Бездомные собаки - неотъемлемый элемент экологической системы города

27 января 2008 в офисе партии Зеленых состоялась пресс-конференция по проблемам бездомных животных, в которой приняли участие одни из лучших специалистов в этой области.

Скворцов Г. Г. (биолог-охотовед, юрист, руководитель программы «Животные в населенных пунктах», генеральный директор ООО «БиоЮрис»): В 1982 году генеральной ассамблеей ООН была принята Всемирная Хартия природы. В одном из первых пунктов заявляется, что любая форма жизни является уникальной, заслуживает уважения, какой бы ни была ее полезность для человека. Но, к сожалению, люди разношерстны, типичный пример: Ильинские, которые любят кошечек, а все остальные – это животные второго сорта. Другая группа - Борис Леонтьевич Самойлов, биолог, заслуги его я не умаляю, но он считает, что дикие животные – это все хорошо, а безнадзорные собаки, безнадзорные кошки, да и собаки домашние и домашние кошки – им не место. Я уважаю взгляды Бориса Леонтьевича, но не надо превращать Москву в заповедник, в котором на первом месте стоят только дикие животные и все остальные, в том числе и люди, должны подчиняться сохранению этих животных.
Ну, например, про Лосиный остров. Борисом Леонтьевичем было заявлено, что бродячие собаки уничтожают и оленей, и ланей, и косуль. Я работал в Лосином острове, и знаю эту проблему, лани там содержались в вольерах, и пришлось их выпустить из этих вольеров потому, что граждане прилегающих жилых массивов резали вольерную сетку и своих собак притравливали на этих ланей. И теперь этих ланей выпустили на волю, но совсем не в Лосином острове, а в Лосином Острове никогда не было в свободном выгуле ланей. Пятнистые олени, в городскую часть они заходили лет 15-20 назад, но прикармливали их возле деревни Абрамцево со стороны области. И опять же, их оттуда пришлось отвлечь, в глубину областной части Лосиного острова, совсем не из-за бродячих собак. А из-за того, что они попадали под машины, так как прикармливали их возле кольцевой, и извините, еще постреливали браконьеры. Такие факты мне известны. Конкретно, чтобы безнадзорные собаки, да и домашние тоже, охотились конкретно на оленей… я знаю Лосиный остров с начала 60-х годов и таких случаев мне не известно. Второе, что мне не нравится, все время говорят, что давно уже не проводилась численность, учет безнадзорных собак в Москве, и в тоже время приводятся астрономические цифры от 50-ти, 80-ти, даже доходит до ста, и даже до 500 тысяч. На одной из конференций Андрей Дмитриевич Поярков раскритиковал представителей Украины, которые сказали, что у них в Киеве 120 тысяч собак. Он предложил посчитать площадь и соотношение, то есть если 500 тысяч собак в Москве, значит на один гектар приходится 5 собак. Значит, выйдя на улицу, в пределах своей видимости, вы должны видеть минимум 15-20 собак. Тоже и с крысами - 40 миллионов. Если взять площадь Москвы, какая она есть, разделить, то получается 44 крысы на 10 кв.м. (?) Сознательно кто-то проводит политику, выпячивая, какую большую работу мы делаем. При этом общественность не может контролировать не суммы, которые расходуются на охрану животных, не где, когда и как проводится стерилизация. Эта тема со стороны руководства Фауны закрыта для общественности. Нам приходится любыми средствами просто выцарапывать информацию, которой занимается отдел.

Поярков А.Д. (старший научный сотрудник Института Проблем Экологии и Эволюции им. А.Н. Северцова РАН, Москва): Я хотел бы обратить внимание на один, как мне кажется, принципиально важный момент. Два года назад была радикально изменена стратегия контроля управления численности бездомных собак, где по постановлению мэра Москвы был взят абсолютно официальный курс на то, что основной стратегией будет стерилизация. И, соответственно, с этого момента отлов и уничтожение бездомных собак, официально, по крайней мере, были запрещены. Акция московского правительства на переключение на стерилизацию была в значительной степени инсперирована авторами программы «Животные в городе», которая делалась, опять же, по заказу московского правительства, где стратегия стерилизации была признана как наиболее перспективной, наиболее рекомендованной для города и более бесконфликтной. Но разработчики этой программы уже тогда предупреждали, что для того, что бы стратегия стерилизации была эффективной, в смысле контроля и управления численностью животными, она должна производиться в очень больших масштабах. Она требовала единомоментного, очень сильного вливания, т.е. нужно было простерилизовать больше половины, а желательно 80 % сук, живущих на территории Москвы. И только в этом случае эта стратегия начинает работать как эффективная. Если этого не происходит, то стерилизация в вяло текущем виде превращается в то же самое, что и система отлова, т.е. это постоянное, вполне разумное выкачивание денег и система эксплуатации популяции. Почему стратегия стерилизации должна была проведена именно сразу? Дело в том, что предлагаемая стратегия стерилизации была реализована в нескольких английских городах, достаточно эффективно. Что она подразумевает? Стерилизуются самки, но они не изымаются с улицы, потому что каждая собачья стая, каждый собачий индивид занимает вполне определенное место, как говорят биологи, экологическую нишу или участок обитания. Своим присутствием они создают некий буфер для других животных, а когда животное изымается, это место освобождается, а по старой, хорошо известной пословице «Свято место пусто не бывает», всегда есть тенденция у любой биологической популяции, у любого биологического объекта заполнить это место. Либо собаки, либо другие виды, которые могут эксплуатировать также эти ресурсы.
Фокус стратегии стерилизации был в том, чтобы создать некий большой буфер животных, неспособных к размножению, вместе с тем удерживающих территорию. Это выгодно по ряду причин, помимо того, что это снимает очень интенсивные темпы воспроизводства. Кроме того, один из наиболее острых моментов – это период собачьих свадеб. Когда они очень большими группами перемещаются, очень возбуждены кобели, многие с повышенной агрессивностью, достигается высокий уровень андрогенов, тестостерона в крови. Поэтому они очень заметны, они очень шумливы в это время. Все это - потенциальная конфликтная ситуация. За счет стерилизации самок ситуация резко снимается. Мы не говорим, чтобы были простерилизованы все собаки, конечно – нет. Но понято, что если это будет сделано в больших масштабах, то мы сразу уберем эту ситуацию, ее не будет особенно видно. Она не будет будоражить общественное мнение, и, соответственно, она действительно реально уменьшит конфликтность. В этом был второй резон стратегии стерилизации. И, наконец, третий резон. Для меня и эти два были, безусловно, важнейшие. Третий, это то, из-за чего я вначале много ругался и не принимал стратегию стерилизации, но меня убедили в том, что все-таки это более гуманный способ решения проблемы. Я не считаю, что это настолько уж более гуманно, я не знаю, что лучше – смерть или существование в стерилизованном виде, но, наверное, это действительно так. Для многих самок собак, а я знаю многих сук, которые были стерилизованы, это достаточно хорошая и удобная форма существования, вполне безболезненная. Более того, я знал собак, которые, например, страдали болезнями матки, яичников, когда их удаляли, собака выздоравливала, чувствовала себя лучше и жила еще какое-то определенное время. Это три основных резона.

Скворцов Г. Г.: Первое - почему была выбрана стратегия стерилизации. Размножение животных это очень сильный фактор, который не позволяет нормально контролировать и регулировать численность. Если немножко выбрать больше, чем положено животных, то они входят в период гона более здоровыми и сытыми и размножаются более активно. Т. е. чем больше мы будем изымать собак и кошек с улиц городов, то оставшиеся размножаться будут более активно. Как юрист я поясню: первое - не существует и не существовало на Федеральном уровне ни одного документа, кроме ветеринарных предписаний, требующих уничтожать животных. Там было написано, что отловленных животных требуется возвратить хозяину или заинтересованным в их содержании организациям или лицам. Это отсебятина местных властей, которые не знаю, куда девать этих животных. Второе – если мы уберем всех безнадзорных собак и кошек, а у нас есть типичные примеры этого, то их место займут лисицы, как в городах Англии. А, как известно, крысы и лисы более восприимчивы к бешенству, чем безнадзорные собаки и кошки. После победы во второй мировой, когда был полностью уничтожен зверинец Геринга, там были еноты-полоскуны. Они размножились за это время, и довольно активно занимают населенные пункты Германии и сопредельных областей. Хочу подчеркнуть, что А. Д. Поярковым доказано - бродячие собаки в населенных пунктах и охотничьих угодьях - это совершенно две противоположные психологические группы собак. Если в населенном пункте собака ориентирована на человека, как на хозяина, или на того, кто ее кормит, то животные, которые были брошены на дачах или в лесу, социально ориентированы только на свою стаю. Так вот, подавляющее число случаев покусов и нападений со стороны бродячих собак, как правило, отмечалось в зимнее время года и на окраинах населенных пунктов. И вот, если мы собак, которые проживают в населенных пунктах, будем убирать, то как раз для таких вот одичавших бродячих собак будем освобождать место. Если подобные собаки проникают в населенные пункты, это говорит о том, что численность собак населенного пункта значительно меньше, чем оптимальная, не позволяющая проникать им. Второй фактор защиты, который привел здесь Андрей Дмитриевич – это когда собака занимает определенную территорию и не пускает туда других собак, создавая стабилизационное экологическое равновесие в отношении жителей. Если постоянно убирать одних, то это место будут занимать другие. Вновь пришедшие, завоевывая и отстаивая свое место, будут устраивать конфликты не только с местными собаками, но и с людьми. Чем больше убирать, тем больше таких конфликтов. Третий фактор биологической защиты, который представляют те же собаки и кошки – это в отношении крыс. Научные работники выяснили, что запах мочи собак и кошек подавляюще влияет на размножение крыс. Тем самым, хотим мы этого или нет, собаки и кошки обеспечивают тройную биологическую защиту населения. К сожалению СЭС зачастую передергивает факты. Например, утверждается, что больше 50% покусов совершено безнадзорными собаками, больше того, общее количество покусов по Москве примерно составляет 32-37000 в год. И списываются они исключительно на безнадзорных собак. Хотя по данным Андрея Дмитриевича в Москве примерно 25-30 тысяч безнадзорных собак, а по данным «Зообизнеса», количество домашних собак более 600 тысяч. Например, по данным небольших населенных пунктов количество покусов безнадзорными животными не превышает 5-10%. Но даже и здесь информация подтасовывается. Потому что учетные данные ведутся по хозяйским собакам и неизвестным. Но неизвестные - это еще не безнадзорные собаки, т.к. у них есть владельцы, которые выпускают своих собак и кошек гулять без присмотра.

Поярков А.Д.: Дело в том, что у работников СЭС система регистрации такова. Если человек есть и его можно опросить, значит это собака хозяйская. Если человека нет, он убежал, даже если было видно, что покусала ухоженная немецкая овчарка, этот покус фиксируется как неизвестный, т.е. безнадзорный. Вот такая система регистрации, которая вообще ни к чему не приспособлена.
Вопрос от Натальи Арсеньевой (корреспондент МК): Какое оптимальное соотношение безнадзорных собак на квадратный метр г. Москвы? И можно ли это как-то урегулировать, или всегда будет какое-то стандартное соответствие?

Поярков А.Д.: На самом деле городская среда очень неоднородна и собаки, обитающие на этой территории, тоже очень не однородны. Что происходит в городской среде? Городскую среду можно разделить на ряд типов. У каждого из этих типов будет своя оптимальная емкость. Одно дело - районные промзоны, при которых рядом находятся столовые, крупные магазины и т.д. Промзоны обеспечивают великолепную укрытость, защищенность. И это принципиально важно для любого биологического вида. Защищенность ничуть не менее важна, чем источники питания. И если эти компоненты совпадают, то в промзонах достигается колоссальная плотность. Мы проводили первый Всемосковский учет согласно нашей типологии, т.е. для каждого типа среды мы рассчитывали свою плотность, чтобы потом экстраполировать это на основании аэрокосмических снимков. Естественно, мы не могли охватить всю площадь Москвы, мы считали на выборочных площадках. У нас при проведении учета были задействованы прекрасные специалисты по ГИСтехнологиям, и они экстраполировали наши данные на площадь Москвы. Так вот у нас в промзонах получилась плотность более 50 собак на квадратный километр. Это очень большая плотность. В «хрущевках» эта плотность будет принципиально другая и намного ниже. В городских лесах эта плотность будет очень маленькая, гораздо меньше, чем собака на кв. километр. Более чем в 50 раз меньше. В парках это будет третья плотность и т.д. То есть мы не можем подходить единым стандартом. И это на самом деле принципиально важная вещь. Потому что, когда мы работаем с такими сложными вещами как биологические объекты, биологические виды и биологические популяции мы должны использовать гибкий экологически дифференцированный подход. Мы должны постоянно думать и понимать, что мы делаем. Потому что если мы идем тяжелым катком, мы все ломаем кругом. Мы осуществляем глобализацию, которая все перековеркивает. Вторая сложность в вашем вопросе, принципиальная сложность – это то, что собака собаке рознь. Среди популяции бездомных собак выделяются разные экологические типы, которые в очень большой степени связаны с разными стадиями одичания. Мой коллега затронул этот вопрос, но поскольку я его в основном разрабатывал, я могу немного подетальней рассказать. Выделяется несколько типов бездомных собак. Первая группа – собаки условно безнадзорные, привязанные к человеку, которые на самом деле хозяйские, но живут на территории гаражей. Они знают своих сторожей, они их слушаются, они подконтрольны этим сторожам, сторожа их кормят. Вторая группа - собаки-попрошайки. Это собаки, которые в основном занимаются тем, что они очень хорошо знают поведение людей. Они прекрасно умеют строить умильные морды, вилять хвостом и так далее… Они выпрашивают пищу. Это их основная стратегия. Они не очень контактны, но, обратите внимание, они относятся к людям в общем-то безразлично. Они их очень хорошо знают, но у них нет персональных связей. Для них любая бабушка, если они видят, что она потенциальный источник, это как бы объект воздействия, не взаимодействия, а воздействия и они его осуществляют очень эффективно. У них так же существует социализация на своих партнеров, но главными у них остаются люди и лидеры люди. Третья, наиболее многочисленная группа – это бродячие собаки, имеющие двойную социализацию, и главная ориентация у них на своих собак, здесь уже возникают лидеры, внутренние вожаки, доминанты, пограничники. Складывается сложнейшая социальная структура, и механизм этой стаи живет самостоятельно. Четвертая, самая высшая группа – это дикие собаки, которые не социализированы на человека. Они воспринимают человека как источник опасности. В этой группе мы так же можем сделать некую шкалу по стратегии в фуражировании. Она достаточно тесно связана со стадиями одичания. Есть попрошайничество, есть нахлебничество – когда собака просто знает, что придут и покормят, есть собирательство, есть хищничество. Это очень редкая специализация.
Вся сложность этой системы не дает возможности однозначно и четко сказать, сколько нужно собак на весь город. Проведя специальную работу, проверяя каждый раз, мы можем назвать оптимальные численности на определенный момент времени, на окраине она будет столько, в центре уже по-другому, для районов промзон столько, для городских парков примерно будем считать сколько. Но принципиально важно отметить, что если мы это сделаем, то ничего хорошего не будет, если мы не воссоздадим систему мониторинга, систему обратной связи, для того что бы кто-то смотрел на это дело и понимал что происходит. Вот, например, мы сказали, что здесь нужно 10 собак, а что если мы ошиблись, и придет еще 10, если позволяет территория. Во время моего наблюдения, в моей модельной группе те щенки, которые рождались, практически ежегодно, не выживали, они пропадали. Те немногие случаи, когда они выживали, происходили в тех группах, где до этого погибал кто-то из взрослых особей, т.е. как бы освобождалась вакансия. Что случается при отлове. Отлов уничтожает часть животных, и очень быстро популяция это компенсирует, она восстанавливает немного другую структуру и в момент восстановления идут нежелательные процессы, это большая подвижность, большая конфликтность. Мы не знаем, что тащат пришедшие и вновь возникшие собаки, потому что те уже ходили по определенным маршрутам, у них была устоявшаяся структура, которая является принципиально важной. И я для себя решил, что нужно сохранять эти устоявшиеся структуры и путь на стерилизацию - это одним из тех путей сохранения устоявшейся структуры, не нарушения ее, а может быть даже уменьшение численности конкретных групп. Скажем, группа по 6 особей, а мы за счет стерилизации и естественной смерти уменьшим ее до 3, но при этом чтобы группы сохраняли участки. Что сейчас получилось, когда мне люди говорят, что вот много собак, что там где-то рядом с ними живет стая из 10 собак, они их боятся, боятся ходить. Вот что делать в таких случаях. Это принципиальный момент. В системе управления города был упущен какой-то момент. Стратегия стерилизации была удачно и хорошо теоретически запланирована, но очень плохо реализована и неправильно. В какой-то момент популяция бездомных собак чуть-чуть подросла. Юрий Михайлович очень активно ломает промзоны, тем самым очень грубо калечит структуру города, и, уничтожая громадные районы и промзоны, естественно не думают, что там обитают собаки. И происходит перемещение животных, потому что эти места уничтожаются, на них наступают стройки. Собаки выходят на улицы, они попадают в другие места, они становятся более активными, потому что они не знают своих точек и маршрутов и вот эта ломка, которая сейчас идет в городе, тоже создает эффект большого присутствия собак. Я думаю, что реальная численность, наверное, подросла, но подросла не так значительно, как об этом говорят. И здесь не обойтись просто лозунгами, должна быть создана система управления. В чем была хороша система отлова - собаки всегда боялись людей. Система отлова жестокая, примитивная охотничья стратегия грубого уничтожения. Собаки знали, что человека нельзя трогать, что если ты будешь лаять, то позвонят, приедут и отловят. Это был естественный отбор, но и еще в значительной степени отбор за счет научения. Потому что, когда они видят, как соседа уничтожают, у них появляется явный страх. А сейчас этого нет, нет никаких систем компенсирующих это.

Вопрос: Я по долгу службы часто езжу за рубеж. И нигде нет такого количества бездомных животных, как кошек, так и собак. И вот мне звонят люди и говорят: «Позвольте, если у нас утверждают, что на освободившееся место придут бездомные собаки, почему этого нет в других странах. Почему на место бездомных не приходят другие». Я была в Англии, в Шотландии и не видела ни барсуков, ни лис. Я видела перепелок, которые бегают там вдоль дороги, еще что-то. Но вот такого количества других животных, как Вы говорили, которые заменяют – нет. Я не видела ни крыс, ни ворон, но там нет бездомных животных.

Поярков А.Д.: Хороший вопрос. Первое, что принципиально важно здесь: там совершенно иная система вывоза пищевых отходов, т.е. потенциальная кормовая база намного ниже соответственно ресурса. У нас, если вы хотите уменьшать количество животных, начинать нужно с этого. Это говорилось давным-давно, и писалось об этом. Начинать надо с системы очистки. Но у нас население выбрасывает под окна всё. В Англии корки и селедочные головы под окна не выбрасывают, а у нас выбрасывают. И помойки у нас совершенно в другом состоянии. А то, что Вы не видели лис и барсуков в городе, понятно, так как это ночные животные. У меня есть научные статьи, которые говорят о колоссальном нашествии в Лондон лис.

Скворцов Г.Г.: И численность их там в несколько раз выше, чем в прилегающих сельскохозяйственных территориях.

Поярков А.Д.: Совершенно точно. И участки крохотулечные, и живут они там прекрасно. Вы их просто не видели, Вы их не можете видеть, потому что Вы не специалист.

Скворцов Г.Г.: Более того, по этому поводу была телепередача, где показывали именно жизнь лисиц в Лондоне.

Вопрос: А вот если у нас не будет собак, кто у нас заполнит нишу?

Скворцов Г.Г.: Под Петербургом стоит памятник кошке, после войны эшелонами, я подчеркиваю - не вагонами, а эшелонами завозили кошек, для борьбы с расплодившимися крысами. Ученые института имени Северцева, в том числе и ряд других учреждений, проводили в Москве исследования по учету численности крыс в течение длительного периода. Выяснилось, что к Олимпиаде, к 1978 году практически полностью были истреблены крысы, ну и собаки и кошки в том числе. Но уже в 1982 году не только ученые, но и СЭС сказали, что численность крыс резко подскочила, а данные 1984 года показали, что численность крыс в отсутствии безнадзорных собак и кошек не только восстановилась до уровня 1978 года, но в некоторых местах стала выше, именно из-за их отсутствия. Следующий пример: в Сургуте в 1998 году провели отлов кошек и собак в районе железнодорожного вокзала, буквально через три месяца жители стали шуметь: «Крысы». «А кошки – что?» - «У нас нет безнадзорных кошек». У них нет теплых подвалов. А железнодорожный вокзал – это фактически склад на колесах. В Москве в 2000 году, после известных событий с взорванными в 1999 году домами, от городских властей поступила команда навести порядок в подвалах и чердаках, в результате их закрыли и создали микрозаповедники для крыс. Это не теория. Более того, существует норма, которая заставляет на слуховые окна в подвалах решетки ставить. Для крыс – это не преграда, она способна прогрызать даже бетон. Кошки не могут ими пользоваться.

Поярков А.Д.: Есть кошки, которые эффективно работают против крыс. Но многие не работают. Не зря же в Англии бум безумный на терьеров. В борьбе с крысами нужна эффективность. Самые эффективные – это совы, но сов в подвале не заведешь. Собаки часто гораздо более эффективны против крыс, чем кошки.

Вопрос: Вот эта программа стерилизации. На нее же были выделены деньги, порядка 6-7 млн. рублей.

Скворцов Г.Г.: По поводу программы. Главное, что должна быть не только стерилизация, это должна быть комплексная программа, работа с населением, которая совсем не ведется, и расформирование больших собачьих стай. Одно дело встретить на дороге стаю из 3 собак и совершенно другое из 10.

Вопрос: Существует ли государственная система управления этими процессами. Ведь если существует управление городским хозяйством, то это должна быть часть этого хозяйства. Ее нет?

Поярков А.Д.: Конечно, нет.

Вопрос: Чего нам не хватает для того чтобы урегулировать эту проблему? Вот Вы говорите, нет такой структуры в правительстве?

Скворцов Г.Г.: Есть такая структура, но она работает не эффективно.

Вопрос: Почему она не эффективно работает? Вы можете это все как-то систематизировать?

Скворцов Г.Г.: Можно. Первое – это касается законодательной базы, нам нужен закон Москвы по защите животных. Почему он не проходит? Существуют довольно сильные лобби, которые считают, что в ближайшее время необходимо принять закон по содержанию собак и кошек. Кроме собак и кошек в городе находится огромное количество других видов животных, таких как обезьяны, крупные кошки, медведи, волки. Вся беда в том, что нет Федерального закона. Почему без Федерального закона не могут это сделать? Потому что существует около 20 положений, которые решать вправе только федеральный уровень. А без этих 20 положений на местах не могут принять нормальный закон. Пример: пытаются ввести обязательную регистрацию животных. А в Федеральном законе сказано, что обязательной регистрации подлежит только недвижимое имущество. А остальное - только в соответствии с Федеральным законом. Следовательно, введение на местах обязательной регистрации животных противоречит Федеральному законодательству.
Комментарии: корреспондент Наталья Арсеньева сказала, что в развитых странах, в которых существует демократическое, гражданское общество, нет бездомных животных на улицах. Это говорит что гражданственность – это ответственность.

Скворцов Г.Г.: Насчет развитых и демократических. У каждого существуют свои традиции. Демократия, как сказал Черчилль, наихудшая форма правления. И что мне больше всего претит в русском человеке, это постоянное самоуничижение. Не надо этим заниматься. А если говорить об ответственности, то в Англии, которая считается демократической и очень гуманной страной, ежегодно уничтожается порядка 90 тыс. кошек.

Поярков А.Д.: Причем это делается хладнокровно и цинично, без всяких сантиментов. Отношение людей просто «замечательное». Вот моя собачка заболела, я ее уничтожаю…

Портянкина В.И.: Заместителем Ю.М. Лужкова, Аксеновым было дано распоряжение «о создании на территории каждой префектуры собачьи приютов, передержек для стерилизации и устройства в хорошие руки». Были выделены деньги. Префектуры спускают это в управы. Управы стали это распоряжение игнорировать. Потом, когда стали соображать, что пойдут деньги из бюджета, вместо общественных организаций этим делом стали заниматься частные лавочки, в основном кавказцы. Это превратилось в кормушку, уничтожение животных и выкачивание денег из бюджета. Причем южные народы достаточно жестоко относятся к собакам.

Корзинина О.В.: Ситуация в САО была следующая. Был приказ префекта от 27.08.04, что к 01.09.04. в управах найти место под приюты, найти зоозащитные организации, которые будут с животными работать, к 01.10.04. все построить и к 01.11.04. завезти собак. Какие-то территории они выделили. Потом все уперлось в инвесторов, им начали что-то обещать и начали обещать зоозащитным организациям, что они будут там заниматься собаками. Но как-то все очень неопределенно. В итоге кончилось тем, что из семи предложенных участков осталось три. На данный момент открыто три приюта, они уже приняты в эксплуатацию, в них начали завозить собак. В частности, в один из этих приютов завезены пятнадцать собак, там распоряжаются два армянина. Когда туда пришли женщины, которые потеряли свою собаку, они свою собаку в этом приюте нашли, но им ее не отдали.

Поярков А.Д.: На мой взгляд, приюты нужно рассматривать только как служебные механизмы для обеспечения каких-то определенных программ. Вот прекрасная иллюстрация к вопросу, почему не работает система. Когда приют абсолютно автономизируется от системы, ради чего он был создан, он становится абсолютно бесконтролен, не только заинтересованным лицам, но и префекту. И постепенно превращается в частную лавочку, в кормушку для обогащения.